Взыскание долгов за рубежом в условиях санкций

Что такое взыскание долга за рубежом и почему санкции превратили его из «обычной процедуры» в стратегическую операцию?

Взыскание долга — это юридически выстроенный процесс, при котором кредитор сначала доказывает наличие задолженности, получает решение суда или арбитража, а затем добивается фактического возврата денег должника, включая арест счетов, запрет распоряжаться активами и перевод средств на счёт кредитора. В мирное время взыскание задолженности за границей выглядело техническим этапом: правильно выбрать юрисдикцию, получить судебный акт, провести исполнение решения. Сегодня же к классическим вопросам добавились новые: можно ли вообще попасть в суд, если одна из сторон находится под санкциями; не «замёрзнут» ли деньги в банке по дороге к кредитору; не запретят ли перевод.

Правовой фон усложнился по двум причинам. Во-первых, действуют секторальные и персональные санкции Евросоюза и Великобритании, основанные, в частности, на Регламенте (EU) № 833/2014 и Регламенте (EU) № 269/2014, которые предусматривают заморозку активов отдельных лиц и организаций, запрет предоставлять им «экономические ресурсы», а также ограничения в финансовом секторе.

Во-вторых, банковская инфраструктура изменилась. Некоторые банки были отключены от системы межбанковских сообщений SWIFT, а трансграничные платежи попали под контроль подразделений по финансовым санкциям, таких как OFSI (Office of Financial Sanctions Implementation) в Великобритании и OFAC (Office of Foreign Assets Control) в США. Это означает, что даже если у кредитора на руках есть судебное решение, сам перевод денег нередко требует отдельного разрешения регулятора (license), и за ошибки теперь штрафуют не только торговые компании, но и юридические фирмы. В 2025 году британский регулятор OFSI впервые оштрафовал компанию за то, что она несвоевременно ответила на официальный запрос регулятора, даже без доказанного нарушения самих санкций, и отдельно наложил штраф в размере 465 000 фунтов стерлингов на международную юридическую фирму за платежи, проведённые через банки, находившиеся под полным замораживанием активов.

Как сейчас действуют иностранные суды?

Ключевой практический вопрос звучит так: если ваш должник за границей попал в санкционные списки или работает через банк, находящийся под санкциями, означает ли это, что суды откажутся рассматривать ваше требование о взыскании задолженности? Английская судебная практика последних лет показывает, что ответ — нет. В деле «PJSC National Bank Trust и др. против Mints и др.» ответчики утверждали, что истцы, находящиеся под санкциями, не могут продолжать процесс в Англии, потому что якобы не смогут оплачивать судебные расходы, предоставлять встречные гарантии и выполнять другие процессуальные обязательства. Суд Лондона (Commercial Court) в январе 2023 года отклонил этот довод, подчеркнув, что санкционный режим Соединённого Королевства не лишает санкционированные стороны доступа к правосудию. Суд указал, что возможные сложности с оплатой расходов могут быть решены через получение лицензий у регулятора (OFSI), а не путём автоматической блокировки иска.

В октябре 2023 года Английский апелляционный суд (Court of Appeal) подтвердил этот подход. Судьи напомнили, что право на судебную защиту не может быть произвольно ограничено даже санкционными барьерами, а британские правила о финансовых санкциях содержат механизмы лицензирования, позволяющие оплачивать необходимые процессуальные расходы и судебные издержки.

Эта позиция важна для кредиторов, которые рассматривают юрисдикцию Англии как площадку для взыскания долгов с бенефициаров, использующих западные активы. Она даёт понимание, что санкции не закрывают зал суда перед кредитором. Но она же подсказывает и оборотную сторону: оплатить издержки и финальные суммы по решению будет возможно только после получения разрешения (license) у регулятора. Если вы выиграли процесс и суд присудил вам деньги, это ещё не гарантирует их немедленное поступление, если банк должника или сам должник заморожены санкционным правом.

Как работает арест счёта до вынесения решения в ЕС?

Европа создала уникальный механизм превентивной защиты кредитора — европейский приказ об обеспечении счёта (European Account Preservation Order, EAPO), который закреплён в Регламенте (EU) № 655/2014. Этот инструмент позволяет суду одной страны ЕС заморозить деньги должника в банке другой страны ЕС ещё до того, как вынесено итоговое решение по существу спора. Суд запрашивает доказательства, что долг реален и что есть риск, что без срочного ареста средства исчезнут, и после этого выносит приказ о «сохранении» суммы на счёте, без предварительного уведомления должника. Банк обязан исполнить приказ незамедлительно, а должник узнаёт о блокировке постфактум.

Право ЕС пошло дальше простого ареста. Регламент (EU) № 1215/2012, широко известный как Брюссель I bis (Brussels I bis), устанавливает принцип свободного обращения судебных решений внутри Союза. Это значит, что решение суда одной страны ЕС автоматически признаётся и подлежит принудительному исполнению в другой стране ЕС, без старой сложной процедуры: экзекватуры (exequatur). С 2015 года свободная циркуляция судебных решений стала нормой: кредитор, который получил решение в одной стране ЕС, в общем случае может обращаться к судебным приставам в другой стране ЕС без повторного иска по существу.

Для белорусского кредитора это означает очень конкретную вещь. Если вы сумели инициировать процесс в ЕС (например, в стране, где у должника офис или склад), то при должной подготовке вы можете, во-первых, ещё до решения заблокировать счёт должника с помощью EAPO, а во-вторых, после вынесения решения использовать режим Брюссель I bis, чтобы быстро преследовать активы должника по всему Союзу. Это не теория кабинетов, а живая практика, и суды ЕС прямо говорят, что цель такого механизма — не допустить «испарения» денег в трансграничных спорах о поставках.

Белорусским компаниям особенно полезно знать, что ходатайства об обеспечении счёта по EAPO подаются по стандартным формам и что суд ЕС может затребовать минимальный набор доказательств задолженности: договор поставки, товарные накладные, счета-фактуры, претензионную переписку.

Практически это выглядит так. Белорусская компания отгрузила товар в Польшу. Польская компания не заплатила. Деньги лежат в немецком банке. У белорусской компании есть документы, подтверждающие долг. Через местных партнёров подаётся ходатайство об обеспечении счёта. Суд выносит приказ. Немецкий банк блокирует счёт на сумму долга. Теперь время работает против должника, а не против кредитора. Это и есть европейский ответ на вопрос: «как без лишнего шума получить контроль над активами должника, пока спор только начинается».

Как действуют английские «приказы о замораживании активов» и почему ими пользуются при взыскании долгов за пределами ЕС?

Помимо европейского приказа об обеспечении счёта, в британской практике используется инструмент, известный как приказ о замораживании активов (freezing order), а когда он распространяется и на зарубежные активы — как всемирный приказ о замораживании активов (worldwide freezing order, WFO). Это временный судебный запрет распоряжаться активами с целью не дать должнику вывести деньги до окончания процесса. Британские суды подчёркивают, что freezing order — это чрезвычайная мера, но она стала привычной в коммерческих спорах и в делах по взысканию долгов, в том числе в поддержку иностранных разбирательств и арбитражей. Суд требует от взыскателя раскрыть все существенные обстоятельства, потому что приказ выносится, как правило, без предварительного уведомления должника, а кредитор принимает на себя обязательства компенсировать ущерб в случае злоупотребления.

Есть важная деталь судебной практики, которая часто удивляет белорусских предпринимателей. Английский суд может выдать WFO в поддержку иска или арбитражного разбирательства, которое идёт не в Лондоне, а в другой стране, при условии, что существует реальный риск вывода активов и что у английского суда есть юрисдикционная «зацепка», например, активы или банковские счета в английской или шотландской банковской системе. Судебная практика последних лет также показывает, что вместе с freezing order английский суд может потребовать от должника раскрыть информацию о своих активах по всему миру, чтобы приказ был не пустой декларацией, а рабочим инструментом для последующего принудительного исполнения.

Для взыскания задолженности за рубежом - это бесценный рычаг давления. Если должник понимает, что его счета и недвижимость могут быть «заморожены» до вынесения окончательного решения, он куда охотнее идёт на переговоры и выплаты. В связке с санкциями это особенно остро: должник боится, что любая попытка «спрятать активы» под санкционным зонтиком будет квалифицирована как обход санкций, и это создаёт для него не только гражданско-правовой, но и регуляторный риск. Судьи в Англии прямо указывают, что целью freezing order является предупреждение недобросовестного рассеивания активов, и банки, получившие такой приказ, несут ответственность, если помогут должнику «вывести» деньги в нарушение запрета.

Как белорусской компании действовать, если спор попадает в разную юрисдикцию одновременно?

Белорусская компания, которая выходит на внешние рынки обычно идёт по одному из двух путей: либо обращается в арбитраж, либо сразу пытается судиться там, где у должника деньги. Оба пути имеют смысл, но каждый имеет нюансы.

Арбитраж, особенно если стороны заранее прописали арбитражную оговорку (arbitration clause) с местом арбитража в нейтральной юрисдикции, остаётся ключевым инструментом, потому что действует Нью-йоркская конвенция 1958 года. Беларусь является участником этой Конвенции, а это значит, что арбитражные решения, вынесенные, например, МАС при БелТПП, могут быть признаны и приведены в исполнение в большинстве экономически значимых государств мира, включая ряд стран ЕС и Германию. В белорусском праве этот механизм дополнительно отражён в Законе Республики Беларусь «О международном арбитражном (третейском) суде», а судебная практика подчёркивает, что решения МАС при БелТПП считаются окончательными, вступают в законную силу сразу и исполняются в иностранных юрисдикциях как полноправные арбитражные решения.

Суды ЕС, в свою очередь, дают собственный набор преимуществ. Если удаётся подать иск в одной из стран ЕС, то после вынесения решения механизм Брюссель I bis (Регламент (EU) № 1215/2012) позволяет автоматически признавать и исполнять это решение по всему Союзу без отдельной экзекватуры.

Какую практическую рекомендацию можно дать бизнесу?

Есть одна рекомендация, которая может звучать скучно, но на деле экономит месяцы и десятки тысяч евро. В каждый внешний контракт стоит закладывать санкционную оговорку (sanctions clause). Санкционная оговорка — это договорное условие, которое заранее описывает, что будет, если в отношении одной из сторон, её банков или конечных бенефициаров введут санкции. Такая оговорка определяет право заменить банк-получатель, валюту платежа или юрисдикцию арбитража, не считая это нарушением контракта, и описывает порядок получения лицензии у национального регулятора, если без неё платеж провести нельзя. Практика ЕС и Великобритании показывает, что суды при рассмотрении спора обращают внимание на то, пытались ли стороны договорно управлять санкционным риском, а не просто использовать санкции как предлог не платить.

Почему важен человеческий фактор?

Теоретически можно представить, что взыскание задолженности за рубежом — это просто набор процедур. На практике всё иначе. Нужно одновременно знать, как разговаривать с банками ЕС и Великобритании, уметь получить freezing order в Англии и приказ об обеспечении счёта (EAPO) в ЕС, правильно оформить пакет доказательств для Нью-йоркской конвенции и не наступить на мину санкционных лицензий.

Практика компании «Экономические споры» строится именно вокруг этой реальности. Руководитель компании Сергей Белявский более двадцати лет проработал в системе экономических судов Республики Беларусь, в том числе 10 лет в статусе судьи. Он является рекомендованным арбитром Международного арбитражного суда при Белорусской торгово-промышленной палате (МАС при БелТПП), арбитром других арбитражных судов, рассматривающих экономические дела, автором пяти книг и более 1500 публикаций по вопросам взыскания задолженности, санкционных рисков и международного арбитража, а также постоянным спикером профессиональных форумов и конференций.

Команда компании состоит из юристов со стажем от 15 до 25 лет практики в экономических судах, арбитражах и трансграничных спорах. Этот стаж подтверждён не только делами внутри Беларуси, но и проектами по взысканию долгов в ЕС, Германии, Польше и других странах, где для белорусского бизнеса принципиально важно не просто получить решение, но и получить деньги. Компания работает на русском, английском и польском языках, а также поддерживает платёжную инфраструктуру через собственный счёт в PKO Bank Polski, что упрощает расчёты с зарубежными клиентами и позволяет проводить платежи в допустимой форме даже тогда, когда прямой банковский перевод сталкивается с санкционными барьерами.

За годы практики клиентам помогли вернуть или сэкономить свыше 1,9 млрд белорусских рублей, при этом компания сопровождает взыскание не только в Беларуси, но и «по ту сторону границы», включая признание и исполнение решений МАС при БелТПП за рубежом, подачу ходатайств об аресте счетов в ЕС и подготовку к получению санкционных лицензий в Великобритании.

Если ваш контрагент за границей затягивает платёж и ссылается на санкции, оставьте заявку на консультацию на нашем сайте. Это не просто «поговорить с юристом». Это возможность заранее просчитать юрисдикцию, арестовать деньги до решения суда, учесть требования санкционного комплаенса и сделать так, чтобы долг превратился в реальные перечисленные средства, а не в очередное обещание «чуть позже».